Меню Услуги

Культурная коннотация и ее языково- семантическая основа

Вид работы: Проект

Тема: Культурная коннотация и ее языково- семантическая основа

ВВЕДЕНИЕ

В настоящем исследовании изучение того, какого рода куль­турная информация становится неотъемлемой частью содержания любого фразеологического знака, осуществля­ется в рамках разрабатываемой нами концепции фразеоло­гического значения. В своем понимании фразеологического значе­ния мы базируемся на понятии  межсемиотической транспози­ции, впервые введенного Р. Якобсоном для описания процесса перевода содержания вербальных знаков в невербальные знаковые системы [Якобсон 1978]. Используя данное понятие в отношении обратного перевода, т. е. перевода содержания невербальных знаков культуры в знаковое пространство языка, мы рассматриваем межсемиотическую транспозицию как процесс, в результате которого происходит формиро­вание фразеологического значения как культурообусловленной сущно­сти — носителя культурной информации. Согласно одному из ключевых положений нашего исследования, всевозможная культурная информа­ция содержится, хранится, передается и накапливается в глубинном основании образа фразеологического знака. Исходя из двух фунда­ментальных идей, интенсивно развиваемых в современном языкознании — идеи стратификации семантики и идеи моделируемости содержания фразеологизмов, фразеологическое значение рассматривается нами как моделируемое двухуровневое образование, в котором выделяются по­верхностный, или собственно семантический уровень, и глубинный, или концептуальный уровень [Беляевская 2009]. Семантический (поверхно­стный) уровень может быть описан как совокупность сем (или, по В.Н. Телия, семантически предельных составляющих, семантических «примитивов», образующих макрокомпоненты фразеологического зна­чения [Телия 1988]). Концептуальный (глубинный) уровень рассматри­вается нами как уровень основания фразеологического образа, которое возникает и формируется в результате межсемиотической транспози­ции.

Объектом исследования — коннотативный анализ фразем в языковом и речевом функционировании.

Предметом исследования являются способы структурно-семантического моделирования  глагольной  фраземы  английского языка в процессе перевода.

Цель исследования — представить теоретические основы структурно-семантического моделирования глагольной фраземы современного английского языка в переводе.

Задачи исследования:

1) раскрыть  особенности  использования  коннотативных единиц ;

2) выделить таксономические единицы концептуального восприятия текста ;

3) исследовать способы лингвокультурного анализа фразеологизмов .

Особенности использования коннотативных единиц

Вероника Николаевна Телия одной из первых обратилась к разра­ботке теоретических оснований и методологических приемов (или принципов) изучения фразеологического знака с позиции наличия в его содержании различных слоев/пластов культуры — от «древнейших форм осознания мира человеком» до современных его форм, запечатленных в различного рода текстах [Телия 2006а: 12]. В.Н. Телия подчеркивает, что «культура — это особая знаковая система, которая является продук­том многовековой, многослойной, непрестанно развивающей и меняю­щей свою конфигурацию деятельности в зависимости от форм осозна­ния человеком мира» [Телия 2006: 776]. В соответствии с определенной формой осознания мира (архетипической, мифологической, религиоз­ной и др.), а также других возможных источников культурного содер­жания, автором выделяются следующие базисные пласты или слои культуры, оставившие свой след в виде соответствующих культурных смыслов или культурной информации в образном содержании фразео­логизмов:

1) архетипический слой;

2) мифологический слой (в том чис­ле ритуал);

3) библейский слой;

4) фольклорный слой; этнографические источники и исторические памятники;

5) литературно-публицистический слой (во многом оказывающийся вторичным по отношению ко всем перечисленным ранее слоям культу­ры);

Узнай стоймость написания такой работы!

Ответ в течение 5 минут!Без посредников!




7) симболярий культуры [Там же: 781]. Такой лингвокультуроло­гический подход к изучению и описанию культурного содержания фра­зеологического знака (или культурной коннотации) был успешно реали­зован в рамках фразеографической практики, в создании коллективом авторов под научным руководством В.Н. Телия «Большого фразеологи­ческого словаря русского языка (Значение. Употребление. Культуроло­гический комментарий)» [БФСРЯ 2006].

Однако, по замечанию самой В.Н. Телия, вопрос о том, какая куль­турная информация может передаваться во фразеологическом знаке, а также вопрос о том, насколько фразеологический знак, будучи культур­но-языковым знаком, способен вместить в себя культурную информа­цию, требуют дальнейшего изучения. Об актуальности этого вопроса и возможности выявления новых типов культурной информации свиде­тельствует исследование М. Л. Ковшовой.

В работе [Ковшова 2012] автором выделяются три сферы сознания: «мифологическая», «научно­познавательная» и «наивная» (или «наивно-культурная»). В соответст­вии с этими сферами сознания определяются три основных составляющих культурной коннотации — дополнительного, культурного, содержа­ния фразеологизма: «мифологическая» составляющая,  «научно­ познавательная» составляющая, «наивная» (или «наивно-культурная») составляющая (о структуре культурной коннотации см. подробнее в [Ковшова 2012: 146-159]).

Согласно полученным данным, глубинное основание образа фразео­логического знака представляет собой сложное концептуальное образование, которое можно определить как макрометафорическую концептуальную модель. Проведенное исследование показало, что макрометафорическая концептуальная модель является, в сущности, тем идеальным «субстратом», благодаря которому происходит закрепление, сохранение и приращение со временем ценностной культурной инфор­мации во фразеологическом знаке. Для изучения того, какая это куль­турная информация, вслед за В.Н. Телия, мы обратились к рассмотре­нию различных форм осмысления мира. В работе [Зыкова 2011] были выделены в качестве наиболее значимых (с точки зрения их как универ­сальности, так и фундаментальности) следующие формы осмысления мира: 1) архетипическое осмысление; 2) мифологическое осмысление; 3) религиозное осмысление; 4) философское осмысление; 5) научное осмысление. Кроме того, была выявлена особая роль определенных форм переживания мира в процессе формирования значения фразеоло­гизмов. Согласно проведенному исследованию, это такие формы пере­живания мира, как: 1) эмоционально-чувственное переживание; 2) душевное переживание; 3) эстетическое переживание. Таким обра­зом, в соответствии с данными формами осмысления и переживания макрометафорическая концептуальная модель как глубинное основание образа фразеологизма сохраняет, передает, накапливает и актуализирует следующие основные типы культурной информации: архетипическую, мифологическую, религиозную, философскую и научную ин­формацию; эмоционально-чувственную, этическую и эстетическую информацию. Более того, важным представляется и выявленный в ис­следовании факт того, что рассматриваемые формы переживания и ос­мысления мира не только являются источниками соответствующих типов культурной информации. Они определяют ее организацию в мак- рометафорической концептуальной модели и, следовательно, в порож­даемом ею образе фразеологического знака, создавая соответствующие информационные слои. Другими словами, культурная информация, сохраняемая во фразеологическом знаке, имеет упорядоченную ор­ганизацию, проявляющуюся в определенной взаимосвязанности всех типов культурной информации друг с другом. Разрабатываемая в на­стоящей работе концепция фразеологического значения с учетом со­держащихся в нем типов культурной информации представлена в схе­ме 1.

В качестве демонстрации проведем выборочное описание таких ти­пов культурной информации, как мифологическая, этическая и эстети­ческая информация, передаваемых в английском фразеологизме to raise/lift the curtain (букв. ‘поднимать занавес’) — ‘to make something pub­lic, disclose’ [AHDI] (рус. ‘обнародовать, предавать гласности секретную или новую информацию’), глубинное основание образа которого пред­ставляет собой макрометафорическую концептуальную модель VER­BAL COMMUNICATION IS PLAY (ВЕРБАЛЬНАЯ КОММУНИКАЦИЯ — ЭТО ИГРА) в такой своей разновидности, как THEATRICAL PLAY (ТЕАТРАЛЬНАЯ ИГРА).

Мифологическая информация, сохраняемая макрометафорической концептуальной моделью образа данного английского фразеологизма, касается в первую очередь древнейших магических практик, фетишист­ских и анимистических воззрений, в рамках которых неодушевленные объекты наделяются магическими свойствами и происходит одухотво­рение объектов мира, соответственно. В качестве таких объектов в об­разе английского фразеологизма непосредственно выступает curtain (занавес) и опосредовано — stage (сцена).

Особые — магические — свойства curtain усматриваются в выполне­нии им, прежде всего, функции обособления некоего замкнутого про­странства (сцены) от внешнего окружения. Причем, это отграничение является не только пространственным, но и временным. Функция хронотопического обособления, осуществляемая занавесом в ходе теат­ральной игры, несет в себе целый ряд архаичных сакральных смыслов, восходящих к древнейшим культам, обрядам и ритуалам (см. тж. [Хёй­зинга 1997]). Прежде всего, это культы языческих германо­скандинавских богов плодородия и древнейшие ритуалы жертвоприно­шения как сакрального мимезиса  акта творения мира. Сакрализация предметов, выполняющих функцию, аналогичную той, что выполняет занавес, сопровождается наделением их определенной символикой. Они символизируют скрытое знание, тайну, иллюзию материального мира. Однако, то, что скрывает, может и раскрывать [СС 2013; DS 1996]. В связи с этим можно говорить о том, что, по всей вероятности, высшим — символическим — смыслом curtain (занавеса), нашедшим отражение в глубинном основании образа данного английского фразеологизма, явля­ется его восприятие как предмета, определяющего своего рода грань между видимостью и сутью. В рамках рассматриваемого фразеологиче­ского образа curtain выступает и как символ защиты, а также как символ временных и пространственных пределов ценностного действа (вер­бальной коммуникации как игры, в частности).

Кроме того, определенными сакральными смыслами, берущими на­чало в архаической культуре, обладает и само отделяемое занавесом место — stage (сцена). Stage (сцена) как отгороженное (игровое) про­странство в рамках мифологического осмысления воспринимается как одухотворенное и освященное место. В своем глубинном архаичном толковании это место сакрального действа, (изначально) синкретичный характер которого позволял его участникам не только объединять жизнь природы (или космоса) со своей жизнью, но и выражать через себя ее (или его) высшие силы. Отсюда сцена — это место, где совершается таинство (происходит «слияние» с «иной» реальностью) и где реализу­ется (глобальная) установка на всеобщность его (т. е. этого таинства) постижения. Ее открытость, обеспечиваемая поднятием занавеса — to raise/lift the curtain, предоставляет доступ к «сокровенному», приобщает к нему, делает его всеобщим достоянием (см. значение фразеологизма — ‘обнародовать, предавать гласности секретную или новую информа­цию’).

Этическая и эстетическая информация, передаваемая в образе анг­лийского фразеологизм to raise/lift the curtain, благодаря макрометафо- рической концептуальной модели VERBAL COOMUNICATION IS THEATRICAL PLAY (ВЕРБАЛЬНАЯ КОММУНИКАЦИЯ — ЭТО ТЕАТРАЛЬНАЯ ИГРА), представ­ляет собой результаты душевного и эстетического переживания изучае­мого феномена, соответственно.

Этическая информация и эстетическая информация отражают итог двух высших форм чувственного восприятия вербального действия как действия игрового, состоящих из чувств наивысшего порядка — нравст­венных и эстетических чувств, соответственно. Нравственные и эстети­ческие чувства — это особое «мерило» объектов мира. Благодаря этим чувствам происходит не только оценивание вербального общения как театрального действа в таких нравственных и эстетических пределах как добро и зло (хорошее и плохое), прекрасное и безобразное (возвы­шенное и низменное), но и формирование представления о «должном» (или представления о том, «что и как должно быть»). В своей сущности этическая и эстетическая информация — это вершинный модус формируемой общекультурной модальности восприятия вер­бальной коммуникации как игрового процесса, определяющего рамки достойного и недостойного, выражающийся в таком обобщенном ак­сиологическом отношении, как ‘одобрение — неодобрение (осуждение)’, и фактически обусловливающий выбор того или иного фразеологизма в речи.

Следует отметить, что это аксиологическое отношение имеет специ­фическое проявление в образе английского фразеологизма to raise/lift the curtain (букв. ‘поднимать занавес’) — ‘обнародовать, предавать глас­ности секретную или новую информацию’. Внезапный показ того, что было сокрыто, может вызывать разные (или противоположные) по сво­ему оценочному заряду нравственные и эстетические чувства, раскры­вающие его восприятие и как хорошего, возвышенного, и как плохого, низменного. Соответственно, вершинным модусом оценки этого про­цесса/действия, который формируется в рамках данного конкретного образа, может являться как одобрение, так и неодобрение (осуждение). Сравним два дискурсивных использования исследуемого английского фразеологизма:

Scotland’s culture minister has raised the curtain on a £20m- a-year drive to revitalise the arts industry. (BBC News, 19 January 2006) = Министр культуры Шотландии обнародовала до того неизвест­ные планы на проведение кампании по реформированию (или возрожде­нию) культурного сектора страны, на которое будет ежегодно выделять­ся 20 миллионов фунтов.

James raises the curtain on his tragi-comedy of social rela­tions in the middle of a conversation — in fact, in the middle of a ra­ther uncomfortable interview between two strangers. (BNC, EWA: 1104) = Джеймс раскрывает свою трагикомедию социальных отношений в середине разговора — фактически, в середине довольно неприятной бе­седы двух незнакомцев.

Из приведенных дискурсивных употреблений следует, что описы­ваемое рассматриваемым английским фразеологизмом (неожиданное) открытие новых (или неизвестных, скрытых) фактов — планируемой реформы (пример 1) и сложных межличностных отношений (пример 2) вызывает разные по своему оценочному заряду нравственные и эстети­ческие чувства. Данные нравственные и эстетические чувства «суммар­но» выражаются в отношении одобрения (пример 1) и в отношении неодобрения (пример 2), которые представляют собой вершинный мо­дус общекультурной модальности описываемых вербальных явлений. Делающееся известным намерение возродить пришедшую в упадок важнейшую сферу жизнедеятельности общества, улучшить ее состояние вызывает одобрение, базирующееся на его этическо-эстетическом вос­приятии как хорошего (доброго) и «красивого» поступка и в целом оп­ределяется как достойное. Делающиеся же известными сложные соци­альные отношения — это плохие и далекие от совершенства (т. е. несо­вершенные) отношения, которые вызывают неодобрение; в целом они воспринимаются или определяются как недостойные.

В целом, проведенное исследование данного и многих других анг­лийских фразеологизмов (более 2,5 тыс. единиц) позволяет заключить, что в любом фразеологическом знаке благодаря лежащей в основе его образа макрометафорической концептуальной модели содержится зна­чительный объем дифференцированной культурной информации, а именно: архетипическая, мифологическая, религиозная, философская и научная информация; эмоционально-чувственная, этическая и эстетиче­ская информация. Следует отметить, что данные типы культурной ин­формации не являются обособленными. Вместе они представляют собой такой вид (иерархической) упорядоченности, при котором каждый тип культурной информации характеризуются многомерной взаимосвязан­ностью и взаимообусловленностью со всеми остальными типами. Более того, в сознании носителей английского языка они присутствуют, по- видимому, глобально и, по всей вероятности, нерасчлененно. Следует также отметить, что «сердцевиной» всей информационной организации макрометафорической концептуальной модели и продуцируемого ею фразеологического знака является этическая и эстетическая информа­ция, которой определяется вершинный модус общекультурной модаль­ности восприятия постигаемого объекта (вербальной коммуникации в данном случае). Эти два типа информации можно было бы охарактери­зовать как «ядро» культурной коннотации (по В.Н. Телия). Как пред­ставляется, именно они обусловливают выбор того или иного фразеоло­гизма в речи.

Прикрепленные файлы:

_kon